Когдa твоя тёща
Вить, Витька! Чего разоспался? Слышь, подъем! Так всю удачу проспишь. Ну ты глянь на него сопит, будто медведь в берлоге. Виктор, вставай, а то жизнь мимо пройдет!
Аделаида Семёновна, дайте человеку выспаться хоть раз!
Выспишься еще! На пенсии отсыпаться будешь.
Ага, если до пенсии доживу
Доживешь, только вставай давай. Ну?
Виктор посмотрел в зеркало глаза красные, лицо помятое, будто его всю ночь по нему катались.
Ну?
Не копайся! Иди умывайся, брейся, приведи себя в божеский вид. Давай!
Какое там «давай», Аделаида Семёновна
Вот такое.
Виктор поплелся в ванну, ворча под нос. Спорить бесполезно еще шлепнет тапком, а она у нее летает с пугающей точностью. Воспитывает, будто он не взрослый мужик, а первоклашка.
Вить, а я тебе говорила, что твои мысли слышу? Говорила? Нет? Ну так знай! Тёща уселась на его кровати, скрестив ноги. Побочный эффект такой. Ладно, иди умывайся, да не забудь побриться оброс, как медведь после спячки.
Витька вздохнул. Спорить с ней и при жизни было бесполезно, а уж теперь
Тёща у него была необычная призрак.
Да-да.
Нет, он не свихнулся, не спился, просто однажды Аделаида Семёновна явилась в его квартире.
После собственных похорон.
Да, слышу, что думаешь, кивнула тёща, плавно подплывая по воздуху. Как моя Люба с тобой жила? Ты ж ну просто мамонт, ей-богу.
Виктор махнул рукой и пошел в ванную.
С Людмилой они развелись год назад. Дети выросли, у них свои заботы. Люся вдруг возмутилась, назвала его «ретроградом», заявила, что он «душит ее потенциал», собрала вещи и хлопнула дверью.
Виктор остался в растерянности.
Он звонил ей, но Люся кричала, что не хочет иметь дела с таким «домостроем» и «мужланом». Никогда еще его так оскорбляли.
А как, спрашивается, ему перестать быть домостроем, если он по профессии строитель? Бани, гаражи, дачи все это он и возводит. Странная женщина. Да еще и матерится.
В общем, наслушалась каких-то коучей (кто их знает, что за люди?) и решила, что с Виктором у нее была «тюрьма». Что он заставлял ее варить борщи и жарить котлеты.
Хотя, котлеты у Люси выходили божественные
Виктор чуть не подавился слюной. Внезапно его осенило. С наполовину выбритой щекой он выскочил в коридор.
Аделаида Семёновна!
Ну чего орешь?
Научите меня борщ варить! Ну пожалуйста!
Ага, щас! Чтобы я свой фирменный рецепт кому попало выдавала!
Вам-то он зачем? Там, на том свете, чертям варить будете?
Тьфу на тебя!
Ладно, не надо Люся вкуснее варит.
Ой, скажешь тоже! Это я ее учила!
Ну и что? Виктор продолжал бриться, не закрывая дверь. Он уже махнул на приличия раз уж в выходной вскочил в семь утра, пусть уж тёща доведет дело до конца.
А то! Тёща заволновалась, заколыхалась и с трудом опустилась на стул. Первое время она носилась, как ураган, но потом освоилась даже тапки кидать научилась. Я Любу учила, дубина стоеросовая!
Не спорю. Просто ученик превзошел учителя.
Чего?! Ну-ка, скажи, какое мясо Люська в борщ кладет?
Свинину, конечно.
Вот дубина! Надо говядину!
Ага, и варить не в той кастрюле, а вон в той
Ты совсем ку-ку! В той, да!
В общем, общими усилиями Витька сварил борщ, записывая рецепт в блокнот.
Теперь он сидел на кухне, выбритый и довольный, и уплетал умопомрачительный суп.
М-м-м, мам вы гений.
Чего?
Ваш борщ просто космос.
А Люськин?
Пфф! Рядом не стоял!.. Вы что, плачете? Разве призраки умеют?
Не знаю, всхлипнула тёща. Ну ты и гад, Витька.
Вот те раз! Что я опять не так сделал?
Да все так «Мамой» назвал Бесстыжий. А я вот реву теперь. Вить, я ж тебе судьбу хотела устроить.
Какую?
Ну В шесть сорок пять ты должен был выйти с мусором чистый, благоухающий. И в этот же момент из соседнего подъезда вышла бы Галина, старая дева сорока семи лет. Вы бы столкнулись, ну и
Та-а-ак И что дальше?
Да ничего Глаза у тёщи забегали, как у призраков водится один в потолок, другой в стену.
Говорите, Аделаида Семёновна
Ну вы бы с ней ну, этого а я бы улетела. Такое условие.
Какое условие?
Ну чтобы сделать тебя счастливым.
То есть вы целый год знали, что мне «на роду написано»?
Ну да.
И почему же не исполнили?
Ну, ты глаза снова забегали, вот пристал со своим борщом, как банный лист!
Я-то при чем?
Да ты! Теперь буду тут торчать, пока пока
Пока что?
Пока не сделаю тебя счастливым!
Счастливым? Серьёзно? Кто решил, что я стану счастлив с чужой тёткой? Да я и так счастлив!
Как это?
Да вот так. Живу, дышу, у меня теперь рецепт лучшего в мире борща. Со мной есть кто-то, кто не даст мне заскучать или пропасть. Мне не одиноко. У меня есть вы мам
Да пошел ты! визгнула тёща и шмыгнула в шкаф. Оттуда еще долго доносились всхлипывания.
А Витька взялся за уборку.
Ну как ты моешь зеркало? Ой, Виктор Бери вон ту тряпку!
***
Людмила плохо спала. Ей снилась мама молодая, красивая, звала ее
Люся хотела послушать своего коуча Всеслава Чудодеева, но видео не грузилось. Она решила позвонить.
Этот гениальный человек, открывший ей глаза на жизнь, всегда на связи!
Но Всеслав не брал трубку.
Алло? хриплый голос прорычал из ниоткуда. На экране возникло красное лицо. Кто там названивает в семь утра? Совсем крыша поехала?
Ой Люся захлопнула ноутбук. Нет, это не Всеслав Какое-то чудище
Она посидела, подумала и вдруг осознала ей срочно нужно к Виктору.
***
Виктор с Аделаидой Семёновной играли в шахматы и хохотали.
Совсем рехнулся подумала Люся, глядя, как бывший муж оживленно беседует с кем-то невидимым.
О, Люсь, привет! Мам, ваш ход! Опа шах!
Люся поклялась бы фигуры двигались сами!
Хорошо выглядишь, Люсь А мама говорит, ты похудела. Плохо ешь? Могу угостить борщом фирменным, маминым.
Ик Вить Ты в порядке?
У меня? Да лучше не бывает. Мама обещала научить котлеты жарить.
Вить Какая мама? Ее же уже год как нет.
Угу. Она этот год со мной живет.
Вить Витенька, что с тобой? Ты в себе?
Да лучше не бывало! Идем, борщом накормлю.
Люся поняла с сумасшедшим не спорят.
Борщ в кастрюле пах точь-в-точь как мамин.
Вить Ты сам это сварил?
Да, мама рецепт открыла. Хватит реветь, Аделаида Семёновна! Ты не веришь, что твоя мама тут? Люсь, задай вопрос, на который знаете только вы вдвоем.
Вить, я сейчас
Стой! Все равно думаешь, что я спятил. Задавай.
Мам Какую тайну я тебе доверила в третьем классе?
Что я тебе нравилась Что? Я тебе уже в третьем классе нравилась?!
Люся села на стул.
Какого цвета была моя коляска? Сколько мне было, когда вылез первый зуб? Кто такая тётя Капа?..
На все вопросы она получила ответы.
Этого не может быть Вить Мама Она правда здесь?
Да Только не в том виде. Она призрак, Люсь. Мам Покажись ей.
На мгновение Люся увидела маму. Потом еще. И еще.
Она слабеет, Люсь. Но она хочет, чтобы ты была счастлива чтобы мы были счастливы. Что это значит, Аделаида Семёновна? Стойте! Куда вы?!
Мама
Виктор проснулся с криком. Рядом вздрогнула Люся.
Люся?
Витя? она резко села. Я не понимаю Это был
Сон, тихо сказал Виктор.
Тебе тоже снилось, что мама призрак?
Ага. И что ты ушла к какому-то коучу
Вить!
Люсь!
В дверь постучали.
Ну сколько можно спать?!
Мама?!
Аделаида Семёновна, вы живая?
Не дождетесь! Любка, хватит ерунду смотреть коучи, шмоучи Мне такой сон приснился будто я с тобой, Витька-балбес, целый год прожила призраком. Собирайтесь, на дачу поедем. Будем из тебя, Люська, дурь выбивать. А ты, Виктор, учись борщ варить. Мама выдохнула Люся, бросаясь к двери.
Ну что ревёшь, дуреха? буркнула Аделаида Семёновна, обнимая её за шею. Живая, значит, живая. Только борщ сегодня ты будешь учиться варить. По-настоящему.
Виктор стоял в дверях, растирая глаза, и улыбался так, будто весь мир только что сложился по местам.
За окном ударило весеннее солнце, и в доме пахло щами, кофе и чем-то очень старым, очень близким будто время наконец перестало быть одиноким.
