Жизнь текла своим чередом: воспитывала сына, строила дом, была рядом с любимым мужем. Татьяна сама выбрала Ивана из всех парней только он пришелся ей по душе. Когда Ваня вернулся из армии, они поженились. Вскоре у пары родился сын Алексей. Когда мальчик подрос, Татьяна стала мечтать о дочке.
Вот, Ваня, достроим дом и родим девочку. Будет у нас своя крыша над головой настоящая семейная идиллия, часто говорила она.
Иван лишь улыбался и кивал. Он и сам был не прочь стать отцом еще раз. Часто, посадив сына на плечи, он гордо шел по деревне, здороваясь с каждым встречным.
Но однажды наступила зима. Снег завалил дороги, метель не утихала. Татьяна смотрела в окно, ожидая, когда же вернется муж. Но Иван так и не пришел. На работе произошел несчастный случай, и он погиб.
Время лечит, говорили Татьяне соседи и знакомые. Ты не одна такая. Поплачь, а там, гляди, годы пройдут, и новый человек появится.
Татьяна молча слушала их, но слез больше не было, и от этого становилось еще тяжелее. Так прошел год. Лихие девяностые сжали даже самые крепкие семьи. В деревне зарплату не платили месяцами. Хорошо было тем, у кого было хозяйство и кто не боялся тяжелой работы.
Татьяна быстро ощутила всю тяжесть того времени. Сын пошел в школу, и его нужно было одевать, кормить, обувать. А значит засаживать огород полностью, чтобы осенью было что продать на рынке.
Она работала на грядках дотемна. Руки стали грубыми, улыбка пропала, а душа, казалось, очерствела.
Бери ведро, лентяй! кричала она на Лешку, когда тот пытался убежать к друзьям. Я тебе покажу побегушки! Уроки сделал?
Лешка молча хватал ведро, но в голове вспоминал, как раньше с отцом все было хорошо, и мама была доброй и веселой.
Ночью Татьяна часто плакала, ругая себя за то, что срывалась на сына. Но утром снова становилась хмурой и строгой.
Как-то в субботу к Татьяне зашли подруги Наташка и Галя. Раньше у нее не было близких подруг, потому что рядом был Иван, который заполнял все ее потребности в общении. Но теперь веселые разведенки часто заглядывали к ней, смеялись и приходили «на чай». Хотя дело, конечно, было не в чае.
Утро началось как обычно. Таня встала, даже не взглянув в зеркало. Она знала, что лицо выглядит усталым. Накормила поросенка, насыпала зерно курам, сложила в таз грязную посуду, а Лешке велела умыться и бежать в школу.
Вечером Татьяна никого не ждала, но понимала, что один из «постоянных» гостей может заехать. К таким обещаниям она относилась равнодушно: приехал хорошо, нет приглашение не повторится. Мужчины обычно сразу все понимали. Видели сына, бросали пару слов и уходили, мол, «баба с ребенком».
Смотри, Тань, так всех мужиков распугаешь, смеялась Наташка. Тебе угодить сложно. Или, может, дело в твоей кровати? Новый диван купить?
Ой, давай, побегу покупать диван, вздохнула Татьяна. На какие деньги? А если жалко забирай себе.
Ладно, не сердись. Давай лучше накрывай на стол, гостя принимай.
Наташка иногда раздражала Татьяну, но та все равно молча ставила на стол соленые огурцы. Взглянув на свадебное фото, тяжело вздохнула:
Прости, Ваня. Без тебя тяжело.
Да все они одинаковые, будто прочитав ее мысли, сказала Наташка. Давай, Тань, за нас! Мы же самые лучшие!
На следующее утро Татьяна, вздохнув, убрала остатки застолья и пошла на работу.
К ней зашла тетя Мария, сестра покойного мужа.
Что ты делаешь, Таня? Не узнать тебя после Вани, сказала она. И эти подруги твои… только мешают.
Это что, тетя Маша, решила мне мораль читать? Думаешь, я неудачница? У меня и дом есть, и хозяйство веду, сын учится, уроки проверяю… Татьяна вдруг замолчала, вспомнив, что уже больше недели не заглядывала в дневник Лешки. А недавно встретила классную руководительницу, которая звала ее в школу поговорить.
Татьяна не знала, что сказать, и стала складывать грязную посуду в таз.
Ты была совсем другой, продолжала тетя Мария. Красивой, работящей, доброй… Брось эти глупые гулянки.
Я не гуляю, возразила Татьяна. Просто иногда общаюсь с подругами, чтобы отвлечься. Разве я не имею права немного отдохнуть после работы?
Имеешь, конечно, кивнула тетя, вздохнув.
Тогда не надо мне нотации читать. И вообще, не лезь, тетя, не в свое дело.
Тетя Мария, плотнее завязав платок, тихо вышла.
Татьяна вздохнула и нахмурилась, как от боли. Ей было неприятно, тяжело, и что-то тянуло ее следом. Она выбежала и догнала тетю уже на крыльце.
Тетя Маша, подождите, я вам морковки дам, у меня в этом году много.
Не надо, дочка, махнула рукой тетя.
Возьмите, от чистого сердца, настаивала Татьяна.
Тетя Мария уже многое повидала в жизни. Она тонко чувствовала чужую боль и поняла, что это было молчаливое извинение Татьяны. Хотя та ничего не сказала вслух, ее голос и глаза просили прощения.
Вот мешочек, сказала Татьяна, щедро насыпая морковь. Донесете или помочь?
Донесу, Танюша, ответила тетя, поблагодарив, и пошла домой. Сердце ее сжималось от переживаний за душу племянницы.
В пятницу вечером Татьяна собрала лук и морковь, чтобы отвезти их на рынок.
«Хоть какие-то деньги будут, а то своих не вижу, как собственных ушей», подумала она, укладывая овощи.
Куда это ты с такими сумками? любопытствовала соседка Зина, заглядывая в мешки.
На рынок, овощи везу, ответила Татьяна.
Она еле донесла тяжелые сумки до автобусной остановки. Там уже стояли дед Степан и баба Люба, тоже собиравшиеся в город. Но автобус все не приезжал.
Что за напасть? Наверное, опять сломался, вздыхала бабушка.
Дед ругал автобус и весь автопарк. В итоге, поняв, что автобуса не будет, пара отправилась домой, решив попробовать в другой раз.
Татьяна осталась ждать. Ей не хотелось тащить сумки обратно, и она решила поймать попутку.
Сначала проехала «Волга», потом «Нива», но места были заняты. Наконец появились «Жигули». Татьяна щурилась, пытаясь разглядеть, есть ли свободные места, но водитель сам остановился, еще до того, как она подняла руку.
Мужчина, немного старше ее, незнакомый. Она поняла, что он из райцентра, потому что раньше его не видела. Водитель оглядел Татьяну, потом перевел взгляд на ее сумки.
Автобуса сегодня не будет, сломался. Я в город еду, могу подбросить.
Ну, если так, тогда подвезите, вздохнула Татьяна.
Договорились, улыбнулся мужчина. Вышел из машины и, несмотря на худощавое телосложение, легко поднял тяжелую сумку, будто она ничего не весила.
Может, до самого рынка довезете? спросила Татьяна.
Может, и довезу.
Я заплачу, сказала она.
По дороге Татьяна достала зеркальце и подкрасила губы. Заднее сиденье позволяло ей наблюдать за водителем.
Меня зовут Татьяна, наконец нарушила она молчание.
А я Сергей Николаевич.
Ого, молодой, а уже по отчеству? Начальник, что ли?
Ну да, директор заводов и владелец пароходов, пошутил Сергей. На самом деле, прораб на стройке.
Сергей довез ее до рынка и даже помог донести сумки. За дорогу взял только половину денег.
Остальное отдашь вечером. Я той же дорогой назад поеду, сказал он.
Щедрый какой, улыбнулась Татьяна. Вот повезло.
Вечером Сергей подвез ее домой.
Ну, заходи, хоть чаю выпей, Сергей Николаевич.
Без отчества можно. Просто Сережа, пошутил он.
Татьяна быстро начала накрывать на стол. На кухню заглянул Лешка.
Нечего тут стоять! Иди в комнату. Уроки сделал?
Ну, почти, пробормотал мальчик.
Вот и доделывай! строго приказала она.
Сергей Николаевич, сидя у печки, закинул ногу на ногу и, улыбаясь, обратился к Лешке:
Давай знакомиться. Меня зовут Сергей Николаевич, а тебя?
Лешка, ответил мальчик.
Настоящее имя Алексей?
Ну да, кивнул он.
Как с уроками? Тяжело?
С математикой беда, никак не разберусь, признался Лешка.
Давай посмотрим, Сергей жестом подозвал его, чтобы тот показал тетрадь.
Через полчаса мальчик, довольный, что ему помогли, пошел спать.
Убери все это, спокойно попросил Сергей, указав на стол, я только чай пить буду.
Ну, раз ты за рулем, тогда только чай, согласилась Татьяна.
Да даже если бы не за рулем все равно чай. А еще компот, кисель, морс и все.
Татьяна с подозрением посмотрела на гостя, но молча налила кипятку, добавила заварки и поставила рядом тарелку с картошкой.
Ну, мне пора, сказал Сергей, поднимаясь. На мгновение он замялся, затем добавил: Ты мне очень понравилась, Татьяна. Можно я в пятницу заеду?
Татьяна слегка улыбнулась, потому что именно такого развития событий и ожидала.
Ну, заезжай.
Я не женат, сказал он, хотя она и не спрашивала.
«Забудет через неделю», подумала Татьяна, не надеясь на продолжение.
Однако после работы, когда к ней зашли Наташка с Галей, Татьяна проводила их раньше. В голове крутилось: «А вдруг он правда приедет?»
Нет, Тань, это нечестно, возмутилась Наташка. Пойдем с нами хоть в клуб!
Я что, девочка, чтобы в клуб бегать?
Мы в кино идем!
Нет, девчонки, идите сами. Мне тут прибраться надо.
Убраться Татьяна не успела. Сергей приехал раньше, чем она ожидала. Он зашел во двор, и она провела его в дом. На столе еще остались следы вчерашнего застолья, но гость сделал вид, что ничего не заметил.
Сейчас разогрею, а то борщ остыл, пояснила Татьяна.
Сергей немного пообщался с Лешкой, помог с математикой, рассказал про лошадиные силы в машине. Когда мальчик лег спать, Татьяна была слегка навеселе и охотно поддерживала разговор.
Сергей встал, подошел к ней, положил руки на плечи и заставил подняться. Затем крепко обнял за талию. Татьяна ахнула от неожиданности, даже дышать стало трудно.
Останусь до утра, просто сказал он.
А кто тебя гонит? Татьяна, опомнившись, отстранилась, глубоко вдохнув. Ей и так было ясно, что он останется, так что слова казались лишними.
Утром, когда Татьяна жарила яичницу, Сергей взял ведра и пошел за водой.
Может, в баню наносить? спросил он.
Наноси, равнодушно ответила Татьяна, хотя обычно никогда никого не просила о помощи, не веря, что это будет продолжаться.
После завтрака, допивая чай, Сергей вдруг тихо сказал:
Знаешь, Таня, если хочешь быть со мной, этих напитков, что у тебя вчера на столе были, больше не должно быть.
Татьяна замерла с ложкой в руке.
Это что, условие? скорее удивленно, чем возмущенно, спросила она.
Ну, считай, что да. Не терплю этого запаха. И вообще, я нормальный, ты и сама это поняла.
Он улыбнулся и добавил:
Ну что, приезжать вечером в баню?
Татьяне хотелось возмутиться, высказать недовольство, даже выставить Сергея за дверь, но что-то остановило ее. Неожиданно ей захотелось согласиться.
Приезжай, коротко сказала она.
Днем заглянула Наташка.
Говорят, ты все вылила, Тань? Это правда?
Правда, Нать. Ничего больше нет.
Ты что, совсем с ума сошла? Как можно было такое добро вылить!
Какое добро? Одно горе. Иди, Нать, мне сейчас не до тебя, отрезала Татьяна.
Она вымыла пол, сменила постель, которая теперь пахла свежестью, потому что она успела ее постирать и высушить во дворе. На плите ждал борщ, но ей захотелось приготовить что-то вкуснее. Подумав, что с пирогами не успеет, замесила тесто и напекла блинов. Лешка тихонько таскал их со стола, запивая морсом.
Время шло. Татьяна даже успела сходить в баню, а на улице уже стемнело. Но Сергей так и не появился.
Обещанного три года ждут, горько вздохнула Татьяна. Поверила, дура. Знаю же, что все они одинаковые, кроме моего Вани. Может, зря я тогда все вылила?
Она усмехнулась, подумав об этом. Оглядела посветлевшую кухню, где пахло свежей едой, и вдруг почувствовала покой.
Нет, не зря, твердо сказала она. Хватит с меня.
Она повернулась к сыну:
Не жди, Леш, дядя Сережа, наверное, не приедет. Давай лучше твои тетради посмотрим. Ты совсем учиться забросил.
Но вдруг за окном раздался звук мотора. В дверях появился Сергей с небольшой дорожной сумкой. Он начал доставать оттуда колбасу, консервы, печенье, сливочное масло.
Это мне друг с базы дал, иногда выручает, объяснил он. Вам с Алексеем.
Татьяна сидела за столом, подперев подбородок рукой, и смотрела на гостя.
Это же дефицит сейчас. У нас такое давно не возят.
Знаю, потому и привез. Бери, просто ответил Сергей.
Татьяна буднично спросила, будто ждала его с работы:
Ты сначала есть будешь или в баню пойдешь?
Сначала в баню, ответил он.
На улице было темно. Накрывая на стол, Татьяна почувствовала, как возвращается давно забытое ощущение уюта и домашнего тепла, которое она когда-то знала рядом с мужем. Улыбаясь, она взглянула на куртку Сергея, висевшую на вешалке.
«Раз приехал сегодня, значит, останется. Хочу, чтобы остался», подумала она с необычной для себя уверенностью.
Осенний день был хмурым, но спокойным и тихим.
Тетя Мария сидела у своих ворот, поглядывая на дорогу. Лицо ее озарила улыбка, когда она увидела машину, которая уже второй месяц подряд появлялась у Татьяниного дома.
Ну и хорошо. Пусть живут. Молодые еще, может, и ребеночка родят, тихо вздохнула она. Таня теперь как раньше: улыбается, добрая. Пусть радуется жизни, ведь она всегда идет вперед. Главное жить.
